Печально...
Сначала горилла по кличке Метта из Ростовского зоопарка была "женой" самца Бола. Бола был красавец самец, блестящий представитель племени равнинных горилл. И была любовь, данная гориллам природой.
Они жили дружно и долго. Бола недолго скучал по своей прежней подруге Моне – Лизе, уехавшей в ЮАР. Метта стала его второй желанной избранницей.
Горилла Метта или (ласково) Мотя.
Но у них не было потомства. Видимо дело было в самце. В детстве он часто болел. И ушёл великан Бола из жизни внезапно, сражённый неизлечимой, непонятной людям, хворью. Метту любили все. К ней привыкли, ей сочувствовали и, по бабьи, нежно называли Мотей.
Потом, в разное время, у нее были гориллы-самцы Терхак и Кимбо из зоопарков далёкой Германии. Но приезжали они к ростовской вдове уже в солидном возрасте. А у равнинных горилл очень развито привыкание к постоянному месту существования. Женихи тосковали по дому. Видимо эта тоска и мешала отношениям.
Мотя нервничала и не подпускала к себе соплеменников. А, те не могли забыть далёкую отчизну и, в результате оба прожили недолго. Посмертное вскрытие одного из самцов показало повторный инфаркт миокарда. Так и стала Метта бездетной трижды вдовой.
Грустно пошутив, люди нарисовали на её клетке три звёздочки и перестали испытывать гориллью судьбу. Да и годы взяли своё.
Но женское сердце нашло выход для нерастраченной любви. Мотя полюбила кошек. Самозабвенной, слепой материнской любовью.
Сотрудники отдела приматов, вовремя оценили эту любовь и поняли, что она спасёт самку. Ей приносили котят, и горилла, заключала их в кольцо своих огромных рук, окружала неустанной, можно сказать, маниакальной заботой.
Кормила, пальцем засовывая корм в кошачьи рты, вылизывала, искала блох, укладывала спать. Очумевшие коты были не в силах сопротивляться и на время смирялись. Затем, подрастая, они сбегали от своей опекунши. А Мотя плакала и металась по клетке, просила людей вернуть деток обратно.
Ей возвращали беглецов или приносили новых питомцев, и она радовалась и успокаивалась. Как-то в её клетке окотилась кошка. Мотя стала самой счастливой человекообразной обезьяной на свете. Она катала весь выводок на спине и вовремя подкладывала котят биологической матери на кормёжку.
Последний компаньон, по имени Антрацит, прожил с Мотей четыре года. Кот считал её своей семьёй, и после того, как горилла уснула и не проснулась, долго не мог смириться с окружающим миром.
Метта прожила сорок пять лет, до глубокой человекоподобной старости. Она ушла счастливой и спокойной, отдав своё сердце тем, кому по её мнению любовь была необходима.
Всего фото в этом сете: 2
Читать все комментарии (10)
642
4
0
0
